Выбрать регион:

ВАДИМ ЦЫМБУРСКИЙ: НЕОПУБЛИКОВАННОЕ

ВАДИМ ЦЫМБУРСКИЙ: НЕОПУБЛИКОВАННОЕ

В наше время гонятся за количественными показателями: как можно больше статей в рецензируемых и РИНЦ-евских журналах, обилие грантов, цитирований и многое иное. И как-то за всем этим забывается, что человека учёным порой делает не обилие статей, особенно в престижных журналах, а нечто иное. Не так много написал, например, Фридрих Ницше, но по существу из него вышел ХХ век и наше время. Ещё меньше написал и П.Я. Чаадаев, однако подобно исполину он стоит у начала нашей философии XIX века… Список можно продолжать.
К таким мыслителям – самобытным, ярким, можно отнести и умершего 7 лет назад В.Л. Цымбурского. В чём-то его, кстати, можно сравнить и с Ф. Ницше. Также, как и последний, он не был «академическим» учёным, и не всеми принимался в научном сообществе. Оба имели польские корни. Ф. Ницше и В.Л. Цымбурский филологи, и оба любили античность. Оба, по сути, занимались переоценкой сложившихся представлений. Жизнь Ф. Ницше и жизнь В.Л. Цымбурского – своеобразная борьба с болезнью. По существу оба были одинокими людьми, и, в какой-то степени, концепция сверхчеловека Ф. Ницше и «островитянская» концепция В.Л. Цымбурского – отражение их одиночества (также, как порой одиночество О. Шпенглера связывают с описанием им культур, цивилизаций как замкнутых систем, недоступных познанию других).
В связи с этим добавим, что отчасти из Ф. Ницше вышел О. Шпенглер. И В.Л. Цымбурский в последние годы обращался к творчеству О. Шпенглера, прославившегося, по существу, одним произведением – первым томом «Заката Европы».
Сравнения можно продолжать. Действительно, В.Л. Цымбурский написал немного но своими текстами он оказал большое влияние на политическую мысль постсоветской России. Он одним из первых постарался дать описание того, что из себя представляет современная Россия, поскольку стоял у истоков формирования современной политической философии и геополитики России, вместе с другими авторами.
В этом плане важным является издание докторской диссертации В.Л. Цымбурского «Морфология российской геополитики и динамика международных систем XVIII– XX веков» (М.: Книжный мир, 2016. 496 с.). Оно позволяет более тщательно ознакомиться с наследием учёного. Точнее, это – незавершённая работа мыслителя, поскольку, по разным причинам, В.Л. Цымбурский не смог окончить свой труд.
Издание подготовила группа авторов – Б.В. Межуев, Г.Б. Кремнев, Н.М. Йова, при финансовой поддержке фонда ИСЭПИ и его председателя Д. Бадовского. Благодаря Б.В. Межуеву и его коллегам, наброски «Метаморфоз российской геополитики» были собраны воедино, но, хотя и в неоконченном виде, труд автора предстал перед читателем в виде монографии.
Здесь следует добавить, что изданный труд логически продолжает целую серию публикаций, посвящённых В.Л. Цымбурскому. В 2007 г. в издательстве РОССПЭН вышел сборник статей В.Л. Цымбурского за 1993–2006 гг[1]. Уже после смерти автора, в 2011 гг. вышел ещё один сборник статей, составленный Г.Б. Кремневым и Б.В. Межуевым[2].
Можно сказать, что своеобразным вторым этапом стала публикация материалов о самом В.Л. Цымбурском. В 2012 г. выходит первая книга, посвящённая мыслителю, написанная Б.В. Межуевым[3]. Важной вехой становится и первый номер альманаха «Тетради по консерватизму» за 2015 г., в котором представлены публикации, рассматривающие различные грани творчества мыслителя[4]. Также в журнале представлены и неопубликованные фрагменты из наследия мыслителя.
Выход «Метаморфоз российской геополитики» – логическое продолжение данной серии публикаций. Рассматриваемый текст сопровождается двумя вступительными статьями – Д.В. Бадовского и Б.В. Межуева, а также послесловием С.В. Хатунцева. Кроме того, даны в монографии и пять приложений, представляющих из себя дополнение к главам книги а также Ходатайство Диссертационного совета и ответ ВАКа. Сама монография состоит из восьми глав.
Во вступительной статье Д.В. Бадовский указал на актуальность идей В.Л. Цымбурского для современности, предположив, что одна из причин непонимания философа со стороны части коллег, возможно в том. Что он своими трудами опередил время[5]. В любом случае, автор вступления предлагает самому читателю дать оценку творчеству великого мыслителя.
Б.В. Межуев осветил политологическое наследие философа, выделив два основных этапа в творчестве автора. До 1995 г., когда В.Л. Цымбурский в некотором смысле отдавал дань прикладной политике, и после, когда он отошёл от политической деятельности и занялся более детальным конструированием политологической теории.
Давая характеристику труду философа, Б.В. Межуев отмечает, что согласно позиции В.Л. Цымбурского, «практически вся русская геополитика трех прошедших веков была заражена своеобразным обсессивным неврозом «похищения Европы», острой потребностью с помощью имперской экспансии устранить преграды между двумя цивилизациями». Соответственно, и саму книгу автора «можно было бы озаглавить как «Беспутья российской геополитики», как увлекательное описание интеллектуальных ходов и развязок в заведомо проигрышной партии. Три века Россия была рабом системы, из которой была не способна выйти, и только в конце XX столетия она получила шанс на свободу»[6]. Однако отказываясь от критики имперской политики царской России, Цымбурский, по мысли автора, занимается конструированием системы взаимодействия Европа–Россия.
Изменения в российской геополитике оказывали влияние и на эволюцию геополитической мысли России трёх веков: «для каждой фазы этого цикла характерен свой особый тип геополитического проектирования. Когда Россия надеется на полноценное участие в европейской игре, она оказывается не склонна видеть свое пространство отделившимся от пространства Европы – и под тезис о слитности этих пространств подгоняются соответствующие реалии и факты. А вот как только Россия из Европы изгоняется, русские геополитики довольно быстро вспоминают или про наличие туранской крови в жилах значительной части населения империи, или про значение степных районов в истории Древней Руси и пр. Конъюнктуры времени начинают преобладать над конъюнктурами земли. Время диктует геополитическому воображению свою образную логику»[7].
Рассмотрев концепцию В.Л. Цымбурского, Б.В. Межуев рассказал и о том, как шла работа над восстановлением текста диссертации[8]. Отдельные материалы, по словам Б.В. Межуева, уже публиковались ранее, но сейчас они в отредактированном виде вошли в монографию. Приходилось вносить и некоторые правки в текст, реконструировать. Составители текста оставили нумерацию глав автора, поэтому в книге после 5 главы идёт 10, затем 15-я.
Учёный работал над своей диссертацией на протяжении 1995–2003 гг. Чувствуя, что не в состоянии окончить свой труд, В.Л. Цымбурский в конце 2003 г. обратился к руководству Диссертационного совета при ИФ РАН с просьбой о Ходатайстве в ВАК о возможности замены полного текста диссертации на доклад объёмом в 4 печ. листа. Руководство Диссертационного совета направило Ходатайство, однако ВАК просьбу отверг. После этого В.Л. Цымбурский откладывает работу над докторской диссертацией, занимаясь другой тематикой. А в 2009 г. его не стало.
Главная цель публикации труда, по мнению Б.В. Межуева, показать В.Л. Цымбурский был не только специалистом по истории древнего мира, филологом, но и «крупнейшим русским политологом своей эпохи», что его творчество полностью соответствует критериям политической науки[9]. Выражает автор и надежду на то, что идеи В.Л. Цымбурского послужат методологией для дальнейшего политологического анализа России и её взаимоотношений с Западом.
Мы уже отмечали, что философ оставил в чистовом или черновом виде 8 глав своей диссертации, который и представлены на суд читателя.
Первая глава «Геополитика как мировидение и род занятий» ранее публиковалась В.Л. Цымбурским[10]. Но в контексте целой книги она смотрится уже по иному, что также очень важно при осмыслении творчества В.Л. Цымбурского.
Анализируя представления на геополитику постсоветской России автор указывает на то, что они отождествлялись либо с идеологией, либо с прагматизмом или иными явлениями (например .с той же глобалистикой, мировой политикой).
Однако, что же такое геополитика? В классической традиции ХХ века – это и определённое отношение к миру, и также определённый род занятий, «ориентированный на классические для него образцы»[11]. Но это определение не является полным и достаточным, и мыслитель более пристально анализирует представления отечественных и западных авторов как начала ХХ в., так и конца столетия.
В целом геополитика представляется В.Л. Цымбурскому не наукой. А своеобразным проектированием пространства в определённых политических целях. Геополитика подобно политической географии может исследовать мир. Но задачи геополитики других наук различаются. Для науки важна истина, а для геополитики – собственный политический эффект[12].
Более того, проекты классической геополитики, по мнению В.Л. Цымбурского – это концепции, обращённые к правящему классу, нежели к научному сообществу. Политолог не отрицает, что и другие науки имели примерно такое же значение. Однако именно геополитика имеет определённую политическую заострённость.
Задача политологии и политической географии в этой ситуации –вносить рациональность в геополитику по трём направлениям:
1) чётко обозначать возможные результаты реализации тех или иных геополитических проектов;
2) прояснять складывание геополитических идей, кодов и мифов;
3) восприятие геополитики как особой техники образного моделирования мировых и региональных тенденций, которую политолог может использовать в своих целях, если подчинит геополитическую волю к творчеству своей воле к истине[13].
Во второй главе «Стратегические циклы системы «Европа–Россия» и их значение для исследования российской геополитической мысли» автор по существу рассматривает основы российской геополитики XVIII–XX вв. Мыслитель выделяет две формы «геополитического»:
1) система с одним центром, занимающимся политическим строительством на территории, где у него нет конкурентов;
2) замкнутая система с несколькими центрами[14].
К сожалению часть текста утеряна и мы не можем судить о всей схеме автора, но сама по себе типология представляет интерес.
Далее автор переходит к определению традиции российской геополитической мысли доимперской и имперской эпох. К данной традиции В.Л. Цымбурский относит тексты различных жанров – политического, историософского, географического и т. д., имевших явно или подспудно проектный характер и, выстраивали «картину мира из политизированных пространственных, географических образов, закладывали в нее программу действий для России, обычно – олицетворенной ее правительством»[15]. Данное определение позволяет автору расширить круг источников и более широко взглянуть на проблему выработки геополитической концепции России.
Главным противоречием для России являлось, по мысли автора, принципиальное напряжение между «геокультурной» православно-державнической уникальностью страны и её погруженностью в расклады ареальных систем. Россия с одной стороны выступала одной из несущих конструкций европейской системы международных отношений, а с другой – радикально отличалось от сообществ Евроатлантики[16].
Далее автор предлагает свою методику анализа геополитических реалий России рассматриваемого времени. По его мнению, Россия и Запад прошли несколько фаз взаимодействия, сопровождающихся определёнными ритмами. В целом в XVIII-ХХ вв. система «Европа-Россия» развивалась по нескольким циклам. Внутри каждого из них было примерно пять событийных ходов, сменяющихся в одинаковой последовательности. Они отличались друг от друга отношением России к западному сообществу.
На протяжении каждого из циклов роли России постоянно меняются: союзница одного из европейских блоков, жертва агрессии, претендент на доминирование в Европе, маргинал в системе европейских международных отношений[17]. Схема автора сопровождается богатым фактическим материалом.
Политолог показывает те сложности, с которыми сталкивается его схема циклов. Например, он указывает на временную неравномерность циклов, и отмечает, что пока теория эту неравномерность не может объяснить. Но делает предположение, что «неравномерность движения циклов и возмущения в нем каким-то образом порождались особенностями функционирования конфликтной системы Запада»[18]. Поэтому автор приступает к тщательному анализу западной системы взаимодействий.
В.Л. Цымбурский приходит к выводу, что на Западе Евразии в рассматриваемое время существовало две международные системы – Запада, а также Запада и России. Россия здесь выступала то как часть европейской системы, то в качестве чужеродного элемента.
В третьей главе «От австро-российского союза 1726 г. до пожара Москвы в 1812 г.» анализируется начало становление метасистемы «Россия–Европа». Данный отрезок автором выбран е случайно поскольку, по его мнению, именно в этот период происходит упадок старых систем, примыкавших с востока, юго- и северо-востока.
В четвёртой главе «Искусы Священного Союза» рассматривается внешняя политика России, первой половины XIX в. Особенность данной фазы, по мнению автора, состоит в том, что «Россия с самого начала определяется как одна из лидирующих в Европе сил, основа нового европейского порядка»[19]. Именно мощь России и должна стать основой порядка, формирующегося в Европе.
Однако, звучащий во внешней политике России мотив державности, по мнению автора, привёл к кризису 1850-х гг, когда европейские государства отбрасывают Россию с её позиций. Автор детально разбирает геополитику Александра I и Николая I
Параллельно с анализом внешнеполитической стратегии России, политолог анализирует, как данный курс отразился на геополитических идеях своего времени. Привлекая богатый материал, В.Л. Цымбурский буквально с увлечением (что чувствуется даже по тексту) рассматривает геополитические проекты того времени – П.Я, Чаадаева, А.И. Герцена, М.П. Погодина и других. Особое место он уделяет геополитическим идеям П.И. Пестеля и Ф.И. Тютчева как двум фундаментальным проектам будущего России[20].
В пятой главе «Первая евразийская эпоха России: от Севастополя до Порт-Артура» автор переходит к анализу геостратегии геополитических проектов российского общества второй половины XIX – начала ХХ вв. Здесь и идеи Н.Я. Данилевского и Ф.М. Достоевского и Р.А. Фадеева и многих других авторов. В целом же, итоги Крымской войны привели к «сосредоточиванию России», охлаждению по отношению к Европе, а также и к закладыванию евразийского видения российской истории[21].
Можно подчеркнуть обилие материала, приведённого автором в данной главе. Составители монографии не исключают, что В.Л. Цымбурский планировал пяту главу, посвящённую т.н. «первой евразийской интермедии» впоследствии разделить на три самостоятельные главы.
Восьмая глава «Мы старый решали вопрос: кто мы в этой старой Европе?» посвящена ситуации после русско-японской войны 1905–1907 гг. Эта война привела к краху т.н. «экстремального евразийства» (термин В.Л. Цымбурского) и к поиску новых направлений развития российской геополитики. В этой ситуации выбор геополитической стратегии был стимулирован расстановкой сил в Европе, обострением борьбы между Антантой и странами Четвертного союза.
Намёки на урегулирование отношений со стороны Англии, а также с её союзницей Японией «повысило спрос на людей, склоняющихся к идее «самоограничения в Азии», к видению России как европейской державы, как одной из привходящих сил европейского расклада. Тем самым геостратегический цикл России получил новый старт»[22], а на первые роли выдвинулись такие деятели как А.П. Извольский и С.Д. Сазонов, придерживавшиеся ориентации на вмешательство в европейские дела.
Автор указывает и на представителей других направлений в геополитической мысли России, в т.ч. и сторонников протоевразийской фазы (А.Е. Снесарев, В.С. Кочубей). Пристальное внимание уделено геополитическим взглядам В.П. Семёнова-Тян-Шанского, которого В.Л. Цымбурский называет крупнейшим геополитическим мыслителем десятилетия. Обращает внимание мыслитель и на других авторов, в т.ч. и на работы молодого П.Н. Савицкого.
Десятая глава «Вторая евразийская интермедия: новый исход к Востоку» посвящена анализу геополитических взглядов евразийцев. Для автора идеи евразийцев – отражение той фазы, когда Россия «потерявшая значительную часть имперского Запада, не просто отодвинулась от Европы, но оказалась от нее отделена новообразованным поясом т. н. центрально- и восточноевропейских лимитрофов, на которых великие державы Антанты конкурировали за влияние, создавая контрбольшевистские структуры, призванные удержать СССР в глубине континента»[23]. Однако и в этой главе автор анализирует взгляды современников евразийцев (А.А. Блока, Г.П. Федотова).
Отдавая дань евразийцам, политолог видит кризисность их движения в напряжении «между попыткой утвердить стержневую Россию (воспринимаемую с апелляцией к «лесной» Московской Руси XV-XVII вв.) в качестве прототипа будущего духовного обустройства континента – и склонностью в хозяйственном, а что главнее, культурном укладе «России-Евразии» выпячивать края, в наибольшей степени чуждые этому прообразу»[24].
Пятнадцатая глава «Концепции «Острова Россия» и «Великого Лимитрофа» посвящена основным идеям самого В.Л. Цымбурского, изложенным им ранее в своих работах.
Интерес представляют и содержащиеся в приложениях дополнения к отдельным главам, в том числе наиболее значимые для автора выводы, сделанные им на рубеже 2006–2007 гг.
Издание монографии завершается статьёй С.В. Хатунцева «Цивилизационная геополитика Вадима Цымбурского», в которой он даёт анализ геополитических идей В.Л. Цымбурского, изложенных в изданной книге. Полемизируя по отдельным моментам с политологом, С.В. Хатунцев подчёркивает значимость идей В.Л. Цымбурского для российской науки, отдаёт дань его эрудиции, профессиональному мастерству. Поэтому автор, вполне справедливо на наш взгляд, ставит диссертацию В.Л. Цымбурского в один ряд с т рудами великих российских геополитиков – Н.Я. Данилевского, В.И. Ламанского, В.П. Семёнова-Тян-Шанского и других.
В целом издание получилось. Составителям текста удалось представить читателям, пусть и в отрывочном виде, диссертацию мыслителя, а также в очередной раз показать значимость В.Л. Цымбурского как мыслителя, оставив при этом последнее слово за читателем.
Принято говорить, что рукописи не горят. Речь здесь идёт, в первую очередь конечно же об идеях. Но можно добавить и ещё один аспект. Они не горят и потому, что во все времена были люди, стремящиеся сохранить книги, либо проделав огромную кропотливую работу опубликовать хранящееся творческое наследие мыслителей. В этом плане можно поблагодарить составителей монографии.
Остаётся сожалеть, здесь согласимся с С.В. Хатунцевым, что В.Л. Цымбурский не успел довести до конца свой интересный труд. Но история знает множество примеров, когда великие произведения доходили до нас и в не полном виде, но оказывали большое влияние на общественно-политическую и философскую мысль. Можно здесь вспомнить и уже упоминавшегося Ф. Ницше. Он тоже не окончил свой главный труд «Так говорил Заратустра». Но даже и в неполном виде это произведение имеет огромное значение. Будем надеяться, что и данный труд сыграет свою роль. Тем более что благодаря составителям мы имеем ещё несколько сборников работ В.Л. Цымбурского.
Важность издания трудов В.Л. Цымбурского ещё и в том, что оно лишний раз свидетельствует – и после краха Большой России (СССР) и позднее, – что политическая мысль страны развивалась, находилась в поиске. Сейчас пришло время обращаться более внимательно к богатому, творческому наследию девяностых – нулевых, в котором имя В.Л. Цымбурского занимает достойное место (как и в целом в галерее выдающихся русских геополитиков).



[1] Цымбурский В.Л. Остров Россия. Геополитические и хронополитические работы 1993–2006. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2007. 544 с.

[2] Цымбурский В.Л. Конъюнктуры Земли и Времени. Геополитические и хронополитические интеллектуальные расследования. М.: Издательство «Европа». 2011. 372 с.

[3] Межуев Б.В. Политическая критика Вадима Цымбурского. М.: Европа, 2012. 200 с.

[4] Тетради по консерватизму. 2015. № 1. 32 с.

[5] Бадовский Д.В. Предисловие / Цымбурский В.Л. Морфология российской геополитики и динамика международных систем XVIII–XX веков. М., 2016. С. 4.

[6] Межуев Б.В. Вадим Цымбурский и его историко-политологический opus magnum / Цымбурский В.Л. Морфология российской геополитики и динамика международных систем XVIII–XX веков. С. 5–18.

[7] Межуев Б.В. Вадим Цымбурский и его историко-политологический opus magnum. С. 7.

[8] Межуев Б.В. Вадим Цымбурский и его историко-политологический opus magnum. С. 9, 12.

[9] Межуев Б.В. Вадим Цымбурский и его историко-политологический opus magnum. С. 17–18.


[10] Цымбурский В.Л. Геополитика как мировидение и род занятий // Полис. 1999. № 4.

[11] Цымбурский В.Л. Морфология российской геополитики и динамика международных систем XVIII–XX веков. М., 2016. С. 26.

[12] Цымбурский В.Л. Морфология российской геополитики. С. 37.

[13] Цымбурский В.Л. Морфология российской геополитики. С. 54–55.

[14] Цымбурский В.Л. Морфология российской геополитики. С. 60.

[15] Цымбурский В.Л. Морфология российской геополитики. С. 60.

[16] Цымбурский В.Л. Морфология российской геополитики. С. 64.

[17] Цымбурский В.Л. Морфология российской геополитики. С. 66–68.

[18] Цымбурский В.Л. Морфология российской геополитики. С. 87.

[19] Цымбурский В.Л. Морфология российской геополитики. С. 212.

[20] Цымбурский В.Л. Морфология российской геополитики. С. 219.

[21] Цымбурский В.Л. Морфология российской геополитики. С. 302.

[22] Цымбурский В.Л. Морфология российской геополитики. С. 310.

[23] Цымбурский В.Л. Морфология российской геополитики. С. 349–350..

[24] Цымбурский В.Л. Морфология российской геополитики. С. 393.

Зарегистрируйтесь или войдите, чтобы оставлять комментарии